Оценивая работу Дона Риви по созданию великого "Лидса" практически все футбольные историки отмечают исключительную роль одного игрока, который помог менеджеру в воспитании будущих чемпионов и создании особой атмосферы в "Лидсе" Дона Риви. Продолжение рассказа об этом миниатюрном шотландце Бобби Коллинзе – в материале @Sport.ru…

 


Первая часть

Эдди Грей: "Бобби был в некотором роде странным человеком – он мог быть очень агрессивным и конфронтационным даже по отношению к своим товарищам по команде и тем, кто был в зоне его досягаемости. Забудьте о том, что он едва ли похож на гиганта – когда он был взбешен, ему было под силу все. И он не щадил никого. Помню, как он рассказывал о своей первой встрече на поле с Томми Дохерти, одним из своих близких друзей. Когда он был игроком "Эвертона", а Дохерти играл за "Арсенал" они бросили вызов друг другу возле боковой линии и Бобби вылетел на трибуны после столкновения с "Доком". В нем был вот этот дух – "убить или быть убитым".

"В определенной степени, то уважение, которое было у него среди молодых игроков "Лидса" было основано не столько на мастерстве и его футбольном опыте, как на факторе страха, который он внушал. Как только вы видели его указательный палец, направленный на кого-то, вы могли знать – этот человек попал в беду".

  меня были хорошие отношения с ним, хотя я не испытывал иллюзий на предмет того, что все может резко измениться, если я его подведу. У меня был неловкий опыт, когда я 15-ти или 16-летний играл в одной команде с Бобби на тренировке во время предсезонной подготовки. Было четыре команды, в каждой по 8-10 игроков. Очки насчитывались за наши выступления в различных фитнесс-упражнениях и мы были очень конкурентоспособны. Я считался одним из лучших бегунов в команде  и Бобби чувствовал, что для общей победы нам хватит моего первенства в гонке по пересеченной местности. Угроза исходила от Джима Сторри, шотландского нападающего, которого мы купили в "Эйрдри" в 1962 году. Конечно же, в полумиле от финиша мы были во главе гонки и я чувствовал в себе силы для решающего рывка, но Джимми предложил не тратить силы попусту и прийти к финишу вдвоем, тогда якобы нам бы обоим дали по 10 очков. Я заглотнул крючок, но Джим, тот еще шутник, внезапно ускорился на финише и выиграл гонку. Когда Бобби услышал, что произошло, он подошел ко мне и выписал отеческий подзатыльник. Для него любая награда значила очень много".

Норман Хантер: "Вот вам история о Бобби. Однажды мы играли с "Престоном" и я должен был крыть их большого шестого номера при стандартах. Я не знал его имени и так и не узнал. В самом начале встречи он ударил Бобби  и тут же заработал угловой. Коллинз подошел ко мне и сказал, что это его человек, и он будет его крыть. Я возразил, что тренер убьет меня, если я брошу своего игрока при подаче, но Бобби ответил: "Делай, как я сказал – возьми моего человека, а я твоего и не вмешивайся". Так я и сделал – пока Джек Чарльтон выносил мяч куда подальше, Бобби налетел на "шестерку" и когда пыль от стычки улеглась, я стоял над лежащим на газоне игроком противника,  получая нагоняй от судьи, а Бобби ухмылялся в центре поля".

Коллинза часто можно было увидеть на "Элланд Роуд" в те дни, когда своего пика достиг молодой "Лидс" Дэвида О`Лири. Видимо, он видел много общего у "бандитов" и той молодой и нахальной команды, которая была у "Лидса" в 60-х.

Рик Бродбент, "В поисках Эрика": "Это было утро после победы "Лидса" над "Ромой" в четвертом раунде Кубка УЕФА… Мы с Коллинзом были с командой, чтобы засвидетельствовать ее победу в тот волшебный вечер, когда Харри Кьюэлл забил единственный гол в матче. Мы также были свидетелями того как два игрока итальянцев были удалены с поля после того как вышедший на замену Алан Смит успешно взбесил оборону "Ромы". "Мне нравится Смитти", - говорил Коллинз с дьявольским огоньком в глазах. "У него много агрессии и он умеет поставить себя. Я всегда хотел видеть это в игроках "Лидса".  Ты должен также уметь играть, но в идеале – и то и другое. Я вижу это в команде О`Лири. Единственное, что они не делали – подборы. Возьмите прошлый вечер – они знали насколько опасен Тотти, но при этом позволяли ему слишком многое в центре поля и на подходах к своей штрафной. Кому-то может не нравится стиль "Лидса", но – игра окончена и лавочку можно закрывать, выиграл тот, кто выиграл. Мне нравится, что они играют по принципу один за всех и все за одного".

Коллинза часто можно было увидеть на "Элланд Роуд" в те дни, когда своего пика достиг молодой "Лидс" Дэвида О`Лири. Видимо, он видел много общего у "бандитов" и той молодой и нахальной команды, которая была у "Лидса" в 60-х.

Он был много, много больше, чем просто бандитом на футбольном поле – в конце концов, он бы не смог быть востребованным 25 лет как футболист высокого класса, если бы умел только нагонять страх на партнеров по команде и вселять ужас в сердца противников. Он был одним из лучших инсайдов британского футбола середины прошлого столетия – с пасом, ударом, умением контролировать мяч, и, конечно, отбирать его. Он стал отдельной главой в истории тех клубов, где играл – "Селтике", "Эвертоне", "Лидсе", где его любят и уважают. Не стоит забывать и о сборной Шотландии и чемпионате мира 1958 года – единственном турнире не уровне сборных, в котором он принимал участие.

Рой Вернон, "Эвертон": "Я никогда не играл с более талантливым инсайдом – с набором трюков, с большей внутренней силой, чем у миниатюрного шотландца. Где он получал свою безграничную энергию, сие мне неведомо, но он никогда не жаловался на тяжелую работу, а жил этим – это подарок для команды, который невозможно приобрести. Бывают игры, когда все суетятся и даже самые талантливые и техничные игроки не знают, что делать с мячом. Вот тогда он полезнее всего – он незаметно берет рычаги управления игрой в свои руки и становится диктатором".

Иан Гилд, "Йоркшир Пост", о матче "Эвертона" и "Лидса" в ноябре 1964 года: "Коллинз был привычно вездесущим. Его генеральские указания вместе с желанием быть одновременно на  всех участках футбольного поля гарантировали "Лидсу" преимущество во владении мячом". Такие характеристики в отчетах о матчах "Лидса" были обычным делом для любого периода карьеры Коллинза.

Символично, что свой первый матч на профессиональном уровне 18-летний Коллинз провел в "Олд Фирм Дерби", дебютировав за "Селтик" против "Рейнджерс". Последний же свой поединок на британских полях он провел в 42 года в апреле 1973 года, попрощавшись в болельщиками "Олдхэма" в матче с "Рочдейлом". В общей сложности в его активе больше 800 матчей и 200 голов, не так уж  много как для игрока такого уровня титулов, среди которых выделяется звание Игрока Года в 1965 году, ставшее свидетельством его исключительной важности для "Лидса".

Он был великим игроком, но не слишком удачливым менеджером – видимо от того, что для команд, в которых он пытался реализовать себя как тренер, его было слишком много. Работал на различных должностях в "Олдхэме", ""Хаддерсфилде", "Лидсе", "Барнсли" и "Блэкпуле", но запомнился футбольному миру все же больше как игрок, как ртутный катализатор подъема команды Риви, взявший под свою опеку молодых игроков и воспитавший из них настоящих бойцов без страха и упрека.

Появление Коллинза в "Лидсе" в 1962 году позволило Дону Риви покинуть футбольное поле и сосредоточиться на чисто тренерских функциях – с тех пор он прекрасно понимал, что с игровой дисциплиной у его парней все будет в порядке. Понижения в Д3 удалось избежать благодаря девятиматчевой беспроигрышной серии с всего лишь четырьмя пропущенными голами – Коллинз сразу же помог Риви настроить игру в обороне, благодаря тому, что прорваться к воротам "павлинов" по центру с этого момента было практически невозможно без риска для здоровья.

В 34 года он проводил свой лучший сезон, наслаждаясь игрой, был признан Игроком Года и вполне мог бы готовиться к своему дебюту в еврокубках, если бы тяжелейшая травма в товарищеском турнире в матче с "Торино" после которой Коллинз уже был другим. Таким же свирепым, но в то же время раздражительным на самого себя, не способного больше выдавать тот объем работы, который он мог дать команде ранее. Благодаря своему характеру он смог вернуться на поле, но это уже был другой Коллинз и, в конце концов, Бобби решил поиграть уровнем ниже в скромном "Бёри" и других клубах, с удовлетворением оглядываясь на выполненную им в "Лидсе" работу – его присутствие в команде Риви позволило Дону значительно ускорить те процессы, которые он запустил в клубе.

А ведь тогда, в 1962 году, когда он покинул "Эвертон" и присоединился к "Лидсу" Харри Каттерик, знаменитый менеджер "ирисок", практически списал его. Удивительно, но это был тот редкий случай, когда с ним согласился и Билл Шенкли, позже осознавший вместе с Каттериком насколько они были не правы, видя в Коллинзе старого пса, которому пора на пенсию. Термин "бабье лето" видимо был придуман специально, чтобы описать произошедшую с Коллинзом в "Лидсе" метаморфозу – осень его карьеры действительно была славной!

Экс-форвард "Селтика" Берти Олд: "Бобби был моделью футболиста и оказал большое влияние на меня в начале моей карьеры. Он был в "Селтике", когда я начал привлекаться к играм первой команды и играл в основе сборной Шотландии, когда я получил свой первый вызов туда".

"Бобби с первого матча заставил меня почувствовать насколько желанным должен быть каждый матч за "Селтик". Я помню, как он подарил мне свои бутсы Adidas с чемпионата мира 1958 года – они были немного великоваты на него, и именно эта пара стала моей первой обувью на профессиональном уровне. Мне завидовали все игроки молодежной команды! Бобби просто боготворили в детской команде. В конце 50-х еще не было никаких официальных тренеров, занимавшихся молодыми игроками, как таковых – у нас был менеджер, который находился под влиянием председателя, был физиотерапевт, потому опытные игроки оставались после тренировок, чтобы поработать с молодежью и детьми. Вот что еще поражало – Бобби всегда уделял особое внимание своему дресс-коду – у него были специальные шипы, изготавливавшиеся под него, а его форма всегда была безукоризненной – все восхищались ним".

"Мы действительно многого добились в футболе. Бобби заставил нас чувствовать как важны игроки ближайшего запаса для "Селтика" и мы занимались с большим рвением. Некоторые из нас, Билл Макнил, Стив Чалмерс и я стали  в итоге "лиссабонскими львами", а Пэт Криранд присоединился к "МЮ". Бобби помог всем нам".

"Находиться с ним в одной команде было блестяще, чего не скажешь о противниках на футбольном поле, для которых он был настоящим кошмаром. Бобби был неисчерпаемым источником вдохновения. Он всегда заставлял нас выражать себя на футбольном поле и даже наши ошибки он отмечал конструктивной критикой, предлагая разумную альтернативу. Им было сложно не восхищаться".

"Бобби был победителем. Он был мечтой менеджера, так как мог сыграть на нескольких позициях, но на мой взгляд, лучше всего он выглядел на месте правого инсайда. Бобби был физически сильным, но не грязным игроком. Ему самому доставалось не меньше других, так как он не оставлял без внимания ни одной стычки, но при этом, хоть он часто получал травмы, всегда возвращался на поле сильнее духом. Сила его характера была удивительной".

"Было много игр, о которых хочется рассказать, вспоминая Бобби. Помню, был матч "Селтика" и "Рейнджерс", выигранный нами 4:1 и этот поединок от начала и до конца проходил под контролем Коллинза. Финал Кубка Лиги 1957/58 года, когда мы разгромили "Рейнджерс" со счетом 7:1  - это был еще один момент славы Коллинза. Он был невероятен. Всякий раз, когда болельщики "Селтика" вспоминают великих звезд 50-х, они тут же вспоминают Wee Barra (прозвище Коллинза в "Селтике"). Термин "легенда" в наши дни используется слишком часто, но не в случае с Бобби – он был настоящей Легендой, как игрок и как личность. Его называют у нас в числе лучших и я знаю, что то же самое о нем скажут болельщики "Эвертона" и "Лидса", где он также был великолепен. Он бы украсил любую команду в любую эпоху, так как был настоящей звездой британского футбола".

Продолжение следует…

Сергей Бабарика, @Sport.ru