Рон Артест уже давно перестал быть просто баскетболистом. Он умеет превратить любой матч в шоу, вот только шоуменство это получается с негативным оттенком. @Sport.ru рассуждает о том, можно ли спасти игрока для баскетбольного общества.

 

Тот, кто попытается сравнить форварда "Лейкерс" с Денисом Родманом, будет близок к истине. Разница окажется лишь в том, что пятикратный чемпион НБА и один из лучших подбирающих в истории лиги был чертовски ранимым за пределами баскетбольной площадки. Артест (или Уорлд Пис, кому как удобнее) на его фоне похож на средневекового варвара, которого по взмаху волшебной палочки переместили из более древних времён в двадцать первый век. Он кажется непоколебимым. Но именно что кажется.

 

"Многие хотят, чтобы я поменялся. Но я всё ещё дитя гетто, и борьба за что-либо у меня в крови. Кому-то это не нравится, но я такой, какой есть – олицетворение Квинса". Это было сказано не вчера и даже не сегодня, а на следующий день после обмена в "Хьюстон". Тогда вечный балагур Яо Мин на пресс-конференции выразил надежду на то, что Рон больше не будет никого бить, будь то игроки соперника или болельщики. Но в этом весь Артест – в неуёмной энергии, которая выплёскивается, словно кипящий суп из кастрюли.

 

"Кто теперь вспомнит, что весь сыр-бор с трейдом затеивался ради получения Бреда Миллера, а один из лучших персональщиков Востока шёл лишь довеском?"

 

Он пришёл в лигу, когда эпоха Майкла Джордана уже закончилась и дебютировал в первом постлокаутном сезоне. Тот "Чикаго", в котором начинал Рон-Рон, даже командой назвать язык не поворачивается. Главной звездой здесь был Элтон Брэнд, который всегда был лентяем и умел разве что хорошо работать на статистику. Нехитрое дело набирать дабл-дабл в среднем за сезон, если в ростере два с половиной рибаундера и ни одного качественного инсайд-скорера, правда? Артест тогда впечатлил не готовую к этому публику чуток сильнее. На фоне Элтона, которого ещё с "Дюка" вели в свет как достойного наследника Дэвида Робинсона (при том, что сам Адмирал здравствовал и ковал чемпионства для "Сан-Антонио"), ершистый мальчишка из Квинса не котировался как будущая звезда. Он хватался за каждый мяч, частенько переступал грань фола, готов был биться до последнего даже не по правилам. Публика не принимала это в штыки, ведь на дворе всё ещё были девяностые.

 

Там, где более шустрые и атлетичные стопперы брали умением, Артест добивался своего напором. Навряд ли он хотел покидать Город Ветров – ему нравилось играть в баскетбол просто так, без погони за титулами. Но переход в "Индиану" стал толчком к прогрессу. Титул "Мистер Замок", который Артест получил на пятый год пребывания в лиге, лишь подтвердил это. Постаревший Реджи Миллер, которого в бытность игроком "Буллс" чаще всего опекал именно Рон, теперь довольно улыбался. И кто теперь вспомнит, что весь сыр-бор с трейдом затеивался ради получения Бреда Миллера, а один из лучших персональщиков Востока шёл лишь довеском?

 

Драка в Оберн Хиллс, можно сказать, сломала карьеру Артеста. Теперь все – и судьи, и болельщики, и даже некоторые партнёры по команде – видели в нём лишь неуравновешенного психа, готового на всё ради демонстрации собственного превосходства. Никто не думал о том, что Рон привык жить по принципу "око за око" – по-другому в трущобах Квинсбриджа было не выжить. Теперь то, что до инцидента оценивалось как жёсткий, но всё же эффектный перехват, теперь считалось фолом. Каждый судья, начиная с Джо Кроуфорда и заканчивая Диком Баветтой, видел своей миссией укрощение строптивого.

 

Вот только даже ограниченный Рон-Рон мог приносить пользу. Обмен в "Сакраменто" на Пежу Стояковича, спровоцированный окончательным ухудшением атмосферы в раздевалке "Пейсерс", на деле оказался выигрышным для всех. "Иноходцы" вроде бы наладили микроклимат (но на долгие годы выпали из числа стабильных участников плей-офф), а постаревшие "Кингс" с приходом нового заводилы поймали свою волну, которая в итоге вынесла их на восьмое место в конференции. Других дивидендов, конечно, не было, но и на этом спасибо.

 

"Когда Рик Адельман променял Калифорнию на Техас, он первым делом решил… правильно, забрать Рона к себе. И заскучавший было Артест заблистал снова"

 

Когда Рик Адельман променял Калифорнию на Техас, он первым делом решил… правильно, забрать Рона к себе. И заскучавший было Артест заблистал снова. Серия плей-офф против "Лейкерс" стала его звёздным часом. Сначала все убедились, что для форварда нет авторитетов – ни Коби Брайант, ни судьи таковыми точно не являлись, а затем уже не впервые получили доказательства того, что Газоль-старший – мастерский флоппер и даже минимальное касание способен превратить в дисквалифицирующий фол для соперника. Артесте дважды удаляли с площадки, но в Городе Ангелов уже получили посыл. И после чемпионского сезона Артест оказался в "Лейкерс". Логика Брайанта была проста – уж пусть он лучше скандалит на благо моей команды, чем выступает против (по этой же логике в ряды многократных чемпионов затесался и Мэтт Барнс).

 

Что мы помним об Артесте… пардон, теперь уже Уорлд Писе в жёлто-фиолетовых цветах? Наглухо закрытый Дюрант в первом раунде плей-офф два года назад, многочисленные закосы под Денниса Родмана, путбэк-лейап с сиреной в пятом матче финала Запада против "Финикса" (ну не рибаундер Джейсон Ричардсон, не рибаундер) … и постоянные проявления неуравновешенности. Удар локтем по голове Джеймсу Хардену стал лишь вишенкой на торте – прежний Артест настолько пытался сдержать себя, что даже сменил имя, но бурная энергия всё равно выплеснулась наружу.

 

 

Теперь Рон пропустит первый раунд плей-офф, но не стоит спешить забрасывать его камнями, помидорами и всем остальным. Не то чтобы кто-то пытается оправдать хамский поступок в матче с "Оклахомой", но… Рон хорош тем, что всегда и везде одинаков. Это не Брюс Боуэн, который мило улыбался в камеру, а через пару минут мог втихаря применить к сопернику регбийный приём или поставить подножку летящему колотить сверху форварду. Но на это все закрывали глаза, потому что "чёрт возьми, он ведь таким образом помогает "Спёрс" завоёвывать титулы".

 

Важно просто оставаться собой. Даже таким неуравновешенным. Ведь пример вышеупомянутого Родмана всё ещё актуален. "Даже когда подписано перемирие – нельзя прекращать войну". Это не Родман, а Дуайт Эйзенхауэр, но тоже чертовски показательно.

 

Иван Манчев, @Sport.ru