После вчерашних воспоминаний о Реджи Миллере @Sport.ru предлагает поговорить ещё об одном известном игроке, которого на днях ввели в Зал Славы НБА. Точнее говоря, известен он куда больше по ту сторону океана, а здесь в силу ряда причин его выступления так и остались незамеченными. Итак, Ральф Сэмпсон, легенда восьмидесятых, окутанная ореолом недосказанности.

 

Герои, как и неудачники, зачастую ходят парами. В конце семидесятых Ральф Сэмпсон был чуть ли не главной школьной сенсацией Америки. Уже к пятнадцати годами он вымахал за два метра, будучи выше партнёров по школьной команде Харрисонбурга на две головы. Долговязый юноша казался удивительно неуклюжим, но это впечатление было обманчивым – с мячом в руках его невозможно было сдержать. Сэмпсон дважды стал чемпионом штата среди школьников, но награда лучшему игроку года в выпускном классе миновала его стороной, доставшись такому же долговязому и щуплому мальчишке из Ливана (это город в Пенсильвании, а не страна в Восточном полушарии, не путайте!) по имени Сэм Боуи, который был на год младше.

 

Собственно говоря, если бы не эта разница в год, то заклятые друзья вместе оказались бы на драфте-1983. Но в те времена было принято, чтобы даже самые талантливые спортсмены-студенты получали полноценное образование, и Боуи пришёл в лигу только в 84-м. Майка Сэма впоследствии будет поднята под своды "Рапп Арены", но до славы Сэмпсона в студенческие годы ему было далеко. Шутка, что ли – Ральф за четыре года обучения пять раз попадал на обложку журнала Sports Illustrated! Во времена, когда интернетом грезили только немного сумасшедшие учёные, это действительно было признаком настоящего признания. Пресса писала о том, что семимильными шагами в НБА идёт замену Абдул-Джаббару. Кто ведь тогда мог подумать, что 36-летний Карим ещё не сказал последнего слова? Более того, самый результативный игрок в истории лиги сойдёт со сцены фактически одновременно с тем, кого прочили в преемники.… Но до этого прошло немало времени.

 

"В конце семидесятых Ральф Сэмпсон был чуть ли не главной школьной сенсацией Америки. Уже к пятнадцати годами он вымахал за два метра, будучи выше партнёров по школьной команде Харрисонбурга на две головы"

 

"Хьюстон" тогда оказался на распутье. Мозес Мэлоун, вытащивший техасцев в финал в сезоне 80/81, не сумел проделать тот же трюк год спустя. Легендарный центровой набирал в серии с "Сиэтлом" 24+17 в среднем за игру, но партнёры действовали не столь результативно, и "Рокетс" уже в первом раунде проиграли всухую. Мэлоун ушёл в "Филадельфию", с которой сразу же стал чемпионом, а "Хьюстону" взамен достался пик первого раунда на драфте-1983. Команда под шумок слила сезон, добыв лишь четырнадцать побед в регулярке, и на самом деле сорвала куш. Тогда ведь драфт-пики распределяли без всяких лотерей: кто сыграл хуже, тому и больший кусок пирога достаётся. Если учесть, что выбор "Филли" изначально принадлежал занявшему в регулярном чемпионате третье место с конца "Кливленду", то у "Ракет" была отличная возможность построить новую команду с одного драфта.

 

Под первым номером, разумеется, ушёл Сэмпсон. Болельщики грезили звездой "Хьюстон Кугарс" (тогда, в восьмидесятых, эта студенческая команда собирала на трибунах даже больше народу, чем "Рокетс" Мэлоуна и Келвина Мёрфи) Клайдом Дрекслером, но третьим Рэй Паттерсон взял комбофорварда из "Луисвилля" Родни МакКрея. Свою лучшую игру он покажет в "Сакраменто" в конце восьмидесятых, а потом возьмёт чемпионский перстень с "Буллс" и в тридцать два года повесит кроссовки на гвоздь. Лишь после этого ряды "Рокетс" пополнит постаревший и умудрённый опытом Дрекслер…

 

Дебютный сезон после смены тренера (Делл Харрис ушёл, Билл Фитч заступил на боевой пост) ушёл на притирку. Единственным, кого это не касалось, был Сэмпсон. Ральф словно продолжал играть за "Вирджинию", с которой выходил в Финал четырёх Мартовского Безумия двухлетней давности. 224-сантиметровый центровой доминировал на обоих концах площадки, а декабрьская битва против "Чикаго", когда новичок сделал тринадцать блок-шотов (один из которых в овертайме предопределил победу "Хьюстона"), вписал его имя в историю. Команда действовала вовсе не под стать своей новой звезде и снова стала последней в регулярном чемпионате, даром что одержала на целых девять побед больше, чем год назад.

 

Что было дальше, помнят все. Под первым номером "Ракеты" забрали Хакима Оладжувона, и у понимающих людей попросту потекли слюнки. Главный тренер "Далласа" Дик Мотта назвал переднюю линию соседей "сильнейшей в истории баскетбола" в тот момент, когда "Мечта" и Ральф ещё не сыграли вместе ни секунды. В принципе, он не ошибся – нечто подобное появилось лишь спустя полтора десятка лет у Грегга Поповича в "Сан-Антонио", но дуэт Робинсон – Данкан в плане эффектности и эффективности уступал двум хьюстонским "башням" (даже при том, что Адмиралу и Тимми удалось совместными усилиями взять два титула). Парочка, которая на двоих выдавала в среднем за игру 43+23+5 блок-шотов, была действительно смертельным оружием. Здесь не было деления на носильщика рояля и пианиста – Ральф и Хаким запросто менялись ролями, чем вгоняли оппонентов в замешательство.

 

Первый поход за титулом закончился уже в первом раунде – "Юта" с Дарреллом Гриффитом, Эдрианом Дентли и тогда ещё исполнявшим роль мальчика на побегушках первогодкой Джоном Стоктоном выиграла первый же матч в "Саммите", лишив "Хьюстон" преимущества своей площадки. В четвёртой игре благодаря озарению Лукаса и МакКрея "Рокетс" отскочили в последний момент (96:94) и получили возможность нанести решающий удар на родном паркете, но "Джаз" снова победили в гостях и прошли дальше, чтобы проиграть в пяти матчах "Денверу" в суператакующий баскетбол. Кто бы тогда мог подумать, что пути техасцев и мормонов каждый раз будут пересекаться весьма схожим образом…

 

За год два бигмена ещё лучше сыгрались друг с другом, следствием чего стал выход в финал после пятилетнего перерыва. Уступив первую строчку в Западной конференции "Лейкерс", "Ракеты" без лишних проволочек отправили в отпуск "Сакраменто", после чего преподали урок "Денверу". Развесёлой банде с Алексом Инглишем во главе не удалось ничего противопоставить "Двум Башням", которые уверенными действиями на щитах компенсировали скорострельность "Наггетс". Следующим соперником были "Лейкерс", и битва ожидалась нешуточная.

 

Гуру шоутайма взяли первый матч на своём паркете, но потом "Хьюстон" разбежался и дал отпор. К пятому матчу счёт был уже 3:1 в пользу техасцев, и наиболее оптимистично настроенные болельщики надеялись, что серия закроется уже в "Форуме". Всё и так шло к этому, но в третьей четверти Оладжувон поцапался с Митчем Купчаком. Рефери погнал с площадки обоих, но что значило отсутствие резервного форварда по сравнению с потерей основного центра! Сэмпсону пришлось активнее взяться за дело и пахать за двоих. В конце концов, именно Ральф на последней секунде при счёте 112:112 переправил в корзину калифорнийцев победный мяч. Этот эпизод действительно вошёл в историю.

 

 

В финале против "Бостона" центровой, переквалифицировавшийся ввиду наличия Хакима в тяжёлого форварда, не блеснул. Его частенько и умело подсаживали на фол-трабл, а в пятом матче серии Сэмпсона настолько вывели из себя, что он крепко врезал запасному пойнтгарду "Кельтов" Джерри Сиктингу и был удалён. Даже привычно хорошая статистика существенно упала – всего лишь 14+9 вместо привычного дабл-дабла. Но Ральф провёл в лиге всего три года, и всем казалось, что это было лишь начало.

 

"Главный тренер "Далласа" Дик Мотта назвал переднюю линию соседей "сильнейшей в истории баскетбола" в тот момент, когда "Мечта" и Ральф ещё не сыграли вместе ни секунды. В принципе, он не ошибся"

 

Увы, это на самом деле был конец. Из-за серьёзной травмы колена бигмен пропустил половину следующего сезона и напоследок дал жару в плей-офф, однако во втором раунде "Рокетс" проиграли "Сиэтлу" два стартовых домашних матча, предрешив исход серии не в свою пользу. Билл Фитч в межсезонье окончательно разуверился в Сэмпсоне и лишь ждал удобного момента и хорошего предложения, чтобы с почестями отправить Ральфа куда-нибудь из Техаса. Когда "Голден Стейт" предложил пофеерившего в постсезонке Эрика "Соню" Флойда и по недоразумению выбранного под первым номером семь лет назад Джо Барри Кэрролла, клубы ударили по рукам. Но эта парочка в итоге принесла "Хьюстону" куда меньше пользы, чем Сэмпсон.

 

Для самого Ральфа всё пошло по наклонной. Без Оладжувона и с мёртвыми коленями он уже был не способен блистать. Отчисление из "Вашингтона" после десяти матчей со скамейки в сезоне 91/92 стало логическим завершением скоротечной карьеры. До этого один из самых эффективных больших восьмидесятых четыре года мучился сначала в Окленде, а затем в Сакраменто. Поездка в Испанию и сезон в "Уникахе", по словам самого игрока, были не более чем "увеселительным мероприятием"…

 

Сейчас ему пятьдесят два. Двое его сыновей пошли по стопам отца, а сам он был включён в Зал Славы НБА. Вот только ощущение недосказанности никуда не делось. Что было бы, дай Бог Сэмпсону хоть немного здоровья? Говорили бы мы сейчас о "Плохих Парнях" из Детройта или великом "Чикаго" Джордана? Неизвестно, ведь сослагательных наклонений история точно не терпит.

 

Иван Манчев, @Sport.ru