Очередной обзор прессы на @Sport.ru как никогда разнообразен! Тут вам и рассуждения о сложной русской душе, и отчёт про выступления сборной России в мировом биатлоне, не говоря уже про аналитику по итогам матча "Зенит" – "Ливерпуль"…

 

Юрий Цыбанев посмотрел на победу "Зенита" над "Ливерпулем", счёл её блестящей, и спешит поделиться этой мыслью с читателями…

 

Удивительный матч! Сложилось впечатление, что "Зенит" пережил на поле несколько перевоплощений. А "Ливерпуль" всю игру оставался в общем-то самим собой – исполняя то, что чемпион России ему позволял.

 

Акт первый. "Зенит" поддержал свою традицию. Подтвердил: при первом в году зимнем выходе на газон "Петровского" главное его оружие – энтузиазм. Год назад с помощью быстроты, натиска и толики вдохновения была пересилена в матче открытия "Бенфика". Вот и сейчас – мигом поджали англичан у штрафной Рейны и попробовали их оборону на разрыв. Другое дело, что Ломбертса и Нету, равно как их помощников из средней линии, словно забыли предупредить: "Ливерпуль"-то будет не только в окопах сидеть. При чуткой направляющей роли Джеррарда Суарес ломал разреженное сопротивление зенитовских тыловиков, точно промерзшие зимние ветки.

 

<…>

 

И сразу, аж глазам не поверилось, на поле воскрес доподлинный "Зенит". Команда превратилась в органичное целое, из которого уж никто не выпадал. Крепко прихватила гостей за горло и больше не отпустила.

 

Вспомнились слова Малафеева из вчерашнего интервью: вот появится результат – и перекроет все разночтения и разногласия.

 

Мираж или явь? Во всяком случае – традиция зимней премьеры на "Петровском".

 

***

 

Борис Левин на страницах "СЭ" рассуждает не столько о спорте, сколько о пресловутом отечественном менталитете и загадочной русской душе…

 

Написать эту колонку подвигли два вчерашних заявления. От совсем разных людей и на совсем разные темы. Но удивительным образом демонстрирующие одно и то же - все наше футбольное сообщество пронизано сегодня идеологией эгоизма: главное - своя рубаха, которая ближе к телу, а об общем благе пусть думает тот, кому нечего делать.

 

Вот обращение лидеров фанатского виража в Санкт-Петербурге о воздержании от применения пиротехники в матче с "Ливерпулем". Абсолютно по сути своей правильное - с тем, что мешает другим зрителям и ставит под удар клуб, давно пора покончить. И авторы документа подчеркивают: "Любая мелочь может вылиться в самые жесткие санкции по отношению к команде, вплоть до исключения из турнира".

 

<…>

 

А как же поиск истины, ведущей к общей, стратегической, а не только личной сиюминутной выгоде? Как же совместный мозговой штурм на предмет блага для всего российского футбола?

 

Полноте, о чем вы! Суровый век, суровые сердца!

 

Увы, но и наш брат журналист недалеко от функционеров и фанатов ушел. Когда читаешь видных представителей цеха, на одной странице сайта с удовольствием поливающих лучших российских футболистов (а это ведь, если вдуматься, не что иное, как поиск самого простого пути к популярности, то есть все тот же неприкрытый эгоизм), а на другой льющих слезы по поводу того, что все у нас не так, как на цивилизованном Западе, где зрители поддерживают своих в любой ситуации и болеют так красиво, что дух захватывает, - так и хочется съязвить: ты, уважаемый, либо крестик сними, либо плавки надень...

 

<…>

 

Уж на что в начале 90-х годов российский футбол был квел и убог, но светлой памяти Владимир Михайлович Кучмий жестко пресекал все попытки журналистов "СЭ" язвить и самовыражаться по этому поводу. Поскольку поставил четкую и очень продуманную задачу: поднимать интерес к российскому чемпионату всеми доступными способами. И в значительной степени смог ее решить - как на благо отечественного футбола в целом, так ( sic !) и в интересах собственного издания. Его бы стратегическое мышление да нынешним функционерам, журналистам и лидерам виражей...

 

***

 

Наконец, Елена Вайцеховкая рассказывает о событиях, происходящих на мировом чемпионате по биатлону…

 

О том, что в мужской индивидуальной гонке не примет участия фаворит нынешнего чемпионата мира Эмиль Хегле Свендсен, стало известно за несколько часов до старта. Первой реакцией было, конечно же, разочарование: к уже выигранным трем золотым медалям норвежец, по мнению его почитателей, мог добавить еще три и тем самым записать на свой счет достижение, которого никогда не добивался ни один биатлонист мира. Но Свендсен отказался выступать, сославшись на простуду. А может быть, в его планы просто не входило тратить силы на гонку, отнимающую у биатлониста куда больше энергии, чем любая другая.

 

"Рано или поздно "двадцатку" все равно уберут, - сказал мне во время предсоревновательной пристрелки российский тренер по стрельбе Андрей Гербулов. - Посудите сами: в этом сезоне индивидуальная гонка разыгрывалась на первом этапе Кубка мира в Остерсунде и вот теперь здесь, на чемпионате мира. И все. Что это, как не отношение Международного союза биатлонистов к этому виду программы?"

 

<..>

 

Особенно показательной в этом плане стала та, что в 1976-м проходила в Инсбруке: преимущество российского спортсмена над ближайшим соперником составляло к половине гонки порядка двух минут, но к двум последним рубежам он в азарте соревнований "загнал" себя так, что настрелял в общей сложности шесть минут штрафа.

 

"Что же вы не сдержали его, не сказали, чтобы шел спокойнее?" - сокрушался тогда Суслопаров в разговоре с главным тренером команды Александром Приваловым. "А ты пойди, попробуй, - был ответ. - Тишка тебя прямо на лыжне и пристрелит..."

 

<…Зенит - Ливерпуль>

 

Что до мужчин, то Свендсен все-таки подбросил большую подлянку всем тем, кто намеревался в его отсутствие решать великие биатлонные задачи. Тоже один из парадоксов большого спорта: стоит наиболее опасному из претендентов (не важно, по какой причине) выйти из игры, желание всех остальных занять его место оказывается до такой степени сильным, что начинает сжигать людей изнутри задолго до того, как они пересекут линию финиша. Подозреваю, что причина четырех промахов Антона Шипулина, трех - шестикратного олимпийского чемпиона Оле Эйнара Бьорндалена и чемпиона мира Якова Фака, двух - Тарьея Бе и даже единственного - Мартена Фуркада, одержавшего все-таки долгожданную победу, заключалась и в этом тоже. Погода-то, между нами говоря, была в этот день для стрельбы идеальной...