А судьи - что? О судейских скандалах, абсурде и произволе в спорте

Sport.ru / Другие. Какие две фамилии были у всех на слуху в прошедшие выходные? Байден и Путин? Макрон и Ле Пен? Нет, дорогие друзья! Настоящими "героями" для нас, поклонников спорта, стали Мешков и Матюнин. Первый из них постарался на поединке Тинькофф РПЛ между "Ростовом" и "Спартаком", другой же привлёк нездоровое внимание со стороны главы лиги Ашота Хачатурянца по результатам работы на матче "Химки" – "Крылья Советов". Я в эти дебри лезть не буду – мои коллеги, уверен, уже успели об этом написать (или ещё напишут). У меня же эта тема с судейским балаганом нарисовала в памяти эпизоды, в которых нечто подобное происходило с российскими спортсменами. Давайте вспомним самые громкие скандалы с участием арбитров.

Одной ногой в могиле

После Олимпиады 2002 года в американском Солт-Лейк-Сити фигурное катание попало под лавину критики, и только ленивый не обсуждал, насколько отвратительным и предвзятым было судейство в этом виде спорта. Первой ласточкой, положившей начало целой веренице нелогичных решений, выходящих за грань разумного, стала сомнительная оценка российского арбитра Аллы Шеховцовой, выставленная ей в соревнованиях танцевальных дуэтов. Правда, об этом в кулуарах фигурного катания задумались не сразу, а только после того, как Жак Рогге санкционировал демонстрацию (иначе, уж просите, и не сказать) главного циркового представления не только в истории фигурного катания, но и, пожалуй, в истории Олимпийских игр. Думаю, вы понимаете, о чём идёт речь – о повторной церемонии награждения победителей игр в парном катании. А поводом стало как раз увеличение числа этих самых победителей. Канадцы Жами Сале и Давид Пеллетье через несколько дней после завершения соревнований и оглашения официальных (как тогда казалось) результатов получили свой комплект золотых медалей и наряду с россиянами Еленой Бережной / Антоном Сихарулидзе были объявлены олимпийскими чемпионами.

А теперь вернёмся к оценке Шеховцовой. Алла Викторовна удивительным образом помогла выиграть турнир Марине Анисиной, имевшей на тот момент французское гражданство, и её партнёру Гвендалю Пейзера, тем самым поставив российскую пару Ирина Лобачёва / Илья Авербух на вторую позицию. Это, конечно, домыслы, но говорили, что между делегациями из России и Франции была некая договорённость, и Шеховцова поставила французов выше своих соотечественников взамен на аналогичную услугу со стороны Мари-Рен Ле Гунь, судившую состязания пар. Ведь потом получилось так, что её голос признали решающим и обвинили в заговоре. Сама же арбитр в крайне эмоциональной беседе с председателем технического комитета Международного союза конькобежцев (ISU) Салли-Энн Стэплфорд выдала сенсационную новость о том, что президент Федерации фигурного катания Франции Дидье Гайаге буквально заставил её подсудить Бережной и Сихарулидзе. И пошло-поехало.

Репутация всех высокопоставленных лиц, в том числе и Жака Рогге, в 2022 году возглавлявшего МОК, была поставлена под угрозу. Это и вынудило швейцарца пойти на беспрецедентный шаг, потому что шумиху вокруг судейского скандала можно было погасить только тем способом, что в итоге и выбрал Олимпийский комитет – вручить второй комплект золотых медалей с учётом всех тонкостей и нюансов. Да, говорили и про то, что россияне откатали с помаркой, а канадцы были точны, пусть и программа была проще; и что при сложении именно баллов без учёта распределения мест судьями победу бы вообще одержали канадцы. Но так как российские фигуристы были ни при чём, и вины Елены и Антона в случившемся не было, лишать их медалей было бы неверно со всех позиций – и спортивной, и этической. Вот и не придумали ничего умнее, чем снова провести церемонию награждения, где и выдали второй комплект золотых наград. Понятно, что такое в спорте случается, пусть и нечасто, но чтобы медали выдавали вот таким способом – это, конечно, цирк да и только. Китайская пара, ставшая третьими, к слову, участвовать в этом фарсе отказалась. Наши ребята тоже от счастья не сияли, но улыбки ради кадра пришлось приклеить.

После такого грандиозного скандала вообще шла речь о том, чтобы исключить фигурное катание из списка олимпийских видов, но вместо этого в верхах просто задумались о реформе судейства, которая в итоге воплотилась в ту модель, что действует в наши дни. Только вот произошедшее в 2002 году всё равно останется в истории и будет иметь неприятный осадок.

Подобно дирижёру

А в 2004 году зал гимнастического комплекса в Афинах гудел, свистел и топал от негодования. Только что на табло высветились оценки за выступление на перекладине россиянина Алексея Немова. И они привели в ступор как самого спортсмена и наш тренерский штаб, так и тех, кто в тот день находился на трибунах. Россиянин, будучи уже ветераном по меркам спортивной гимнастики, в свои 28 лет приехал в греческую столицу выступить всего в трёх видах программы, но в итоге попал в финал только в упражнениях на перекладине. Та программа, что была заявлена Немовым, была сложнее, чем у главных конкурентов. Правда, с точки зрения баллов давала она ему не так много, потому что незадолго до олимпийских стартов Федерация гимнастики немного подправила критерии оценивания и приравняла перелёты (коих у Немова было 6, в том числе, 3 – в одной связке) к простым перехватам. Получается, теперь базовая стоимость элементов была у россиянина не такая высокая, и всё зависело от самого спортсмена.

Алексей выполнил задуманное чисто, допустив лишь малюсенькую помарку при соскоке, сделав шаг вперёд. Каким-то образом этой ошибки оказалось достаточно, чтобы судьи не то что лишили его золота, но даже отправили за черту призёров. Исходя из безупречного исполнения, оценки ниже 9,850 ожидать было просто невозможно. Но мечты о высшей награде рухнули как карточный домик, когда на экране загорелось "9,725".

Единственное, что оставалось Алексею – нервно переглядываться с тренером, пытаясь понять, снится ему это или нет. Хотя на самом деле, уверен, у Немова в душе было ощущение, для описания которого подошёл бы знаменитый мем с Джеймсом Макэвоем, держащимся за голову и изображающим то, что словами можно передать как "Да ладно? Вы серьёзно?!". У зрителей, в числе которых, кстати, было не так много россиян, это вызвало совершенно чёткую реакцию: протест и негодование. Свист долгое время не стихал, зрители уже начали вставать и чуть ли не направляться к судейскому столику с целью разобраться с арбитрами и объяснить, кого они пытаются потопить своими бессовестными цифрами – оценками это даже было не назвать.

В таком гуле следующему участнику соревнований, американскому гимнасту Полу Хэмму, было очень сложно сосредоточиться, и он никак не мог подойти к снаряду. В итоге ему вовсе пришлось спуститься с помоста. А всё потому, что судьи, находясь под давлением трибун решили (также впервые в истории, как и в случае с фигурным катанием) пересмотреть свои оценки прямо на месте. Абсурд! Хотя, болельщики остались довольны принятым решением, и у них в сердцах затеплилась надежда на торжество справедливости. Как бы не так… Да, арбитры изменили сумму Немова, но если изначальные "9,725" выглядели как несправедливость, то записанные в итоговый протокол "9,767" были просто подачкой и издевательством.

Это привело ко второй волне возмущений зрителей и критики в сторону судейской коллегии. И вот тут Хэмм, которому уже даже на помост подниматься было страшно, подошёл к нашему спортсмену и вежливо попросил его выйти к публике и "сказать им что-нибудь". А так как Немов – человек с большим сердцем, он мог придумать ничего другого, кроме как поблагодарить всех за поддержку. Алексей вышел на помост, несколько раз поклонился, а потом начал то, за что впоследствии получил доброе прозвище "Дирижёр". Он начал с помощью жестов рук просить зал вести себя тише, успокоиться и садиться на места, чтобы состязания могли продолжиться. Отказать своему кумиру собравшиеся на трибунах не могли.

Да, Алексей Немов не получил своего олимпийского золота Афин благодаря очередному яркому примеру некомпетентности судей, или предвзятости, или продажности – не знаю, что тут правильнее, но эта вопиющая ситуация только показала, насколько человечным нужно быть каждому из нас. В своих интервью гимнаст не раз признавался, что каждый раз от этих воспоминаний у него мурашки начинали бегать, и что он поступил бы точно так же, если бы история повторилась.

Александр Петряков, SPORT.RU