Елена Вайцеховская повествует о "маленьких победоносных войнах" в прыжках с трамплина, Юрий Цыбанёв восхищается ведущей российской гимнасткой, а авторитетный бразильский эксперт считает нецелесообразным возможный переезд одного из бразильских олимпийцев в Питер. Всё это – в традиционном обзоре прессы на @Sport.ru.

 

Вчера Илья Захаров на трёхметровом трамплине оставил в дураках даже китайцев и добыл золото. Это означает, что ещё далеко не всё потеряно. Вот и привычные мысли Елены Вайцеховской на страницах "Спорт-Экспресса" преисполнены оптимизмом.

 

Свою персональную войну с китайцами Илья Захаров начал год назад, когда завоевал индивидуальное серебро на чемпионате мира в Шанхае. Нет, он и раньше мечтал о том, чтобы опередить спортсменов Поднебесной (кто же в прыжках в воду не мечтает об этом?), но только в Шанхае по-настоящему понял, что задача отнюдь не является невыполнимой. Просто для этого исполнение прыжков должно быть идеальным, а в программе не должно быть слабых мест. Желательно, чтобы были сильные. Например - сложность.

 

К началу Олимпийских игр все три задачи были реализованы: в тренировках Захаров почти не допускал ошибок и по сумме коэффициентов трудности на 0,5 превосходил наиболее грозного из китайских соперников - олимпийского чемпиона Пекина в индивидуальных прыжках Хе Чона.

 

То, что выбранная олимпийская тактика оказалась верной, в Лондоне показала уже предварительная серия прыжков, где российский спортсмен набрал лучшую сумму баллов. В тех видах спорта, где финальная борьба начинается с нуля, предварительный результат по большому счету вообще не имеет значения. Но только не в прыжках в воду. Там давно стало очевидно: китайца не победить, если арбитры не воспринимают тебя, как равного соперника. Вот и приходится использовать любую возможность, чтобы повысить собственный кредит доверия.

 

Вчерашний утренний полуфинал сложился для Захарова чуть менее удачно - он стал вторым, заработав себе тем самым предпоследнюю стартовую позицию в финале как раз между двумя китайцами - Хе Чоном и уже двукратным олимпийским чемпионом в синхронных прыжках Цинь Каем. И гонка за золотом началась.

 

То, что в этот забег за золотом включится мексиканец Яхель Кастильо, было достаточно неожиданно. Этот спортсмен был седьмым в прыжках с трамплина на Играх в Пекине, шестым - на мировом первенстве в Шанхае, так же, как и Захаров, сделал ставку на максимальную сложность и после первых четырех финальных раундов возглавил ход борьбы. Правда, далее в программе мексиканца зияла дыра: под номером "5" в протоколе стояла достаточно простая комбинация с коэффициентом 3.0. Это означало, что даже при идеальном исполнении Кастильо должен отлететь далеко назад.

 

Так и получилось: отставание от Захарова, у которого мексиканский прыгун выигрывал после четырех раундов четыре балла, составило 23,45, и претендентов на золото осталось всего двое - Илья и Цинь Кай. Китаец шел в лидерах, но разница между ними была чисто символической - 1,25.

 

И вот тут стало по-настоящему нервно. Потому что коэффициент заключительного китайского прыжка составлял 3,3 против 3,8 у Захарова.

 

Теоретически в этом прыжке Илья не мог ошибиться. После того, как в 2010-м он последним прыжком проиграл чемпионат Европы, решил для себя раз и навсегда, что замыкать выступление должна самая уверенная и стабильная комбинация. Желательно, чтобы при этом она была еще и сложной. Поэтому два с половиной оборота вперед с двумя винтами были передвинуты в середину программы, а шестым, заключительным прыжком стали четыре с половиной оборота вперед.

 

Тут, правда, была еще одна засада: 4,5 оборота вперед - прыжок, относительно простой по входу, поскольку на "передних" вращениях спортсмен имеет возможность лучше видеть воду при раскрытии. Куда более сложным моментом является наскок на трамплин. Если он не получился - можно не прыгать: не хватит высоты. В "мирной" жизни подобные ошибки случаются крайне редко. Но кто мог сказать наверняка, что Захаров не дрогнет в этой заключительной попытке, когда даже воздух в бассейне пропитан нервным ощущением близкого золота?

 

- Вообще-то я даже не волновался, - хмыкнет Илья в микст-зоне.

 

Он действительно выглядел предельно спокойным. Спокойно посмотрел на табло, на котором горели оценки Цинь Кая, спокойно наскочил, уходя во вращение. Спокойно вынырнул из воды и, не проявляя никаких эмоций, вновь повернул голову в сторону табло. И лишь потом, увидев оценки, победно вскинул руку вверх. Первая за последние 32 года олимпийская золотая медаль на мужском трамплине была добыта!

 

У Юрия Цыбанёва – свой повод для гордости. Обозреватель "Советского спорта" радуется за Алию Мустафину, для которой Олимпиада в Лондоне стала по-настоящему успешной. Именно так начинаются большие пути славных чемпионок, уверен автор…

 

Я приметил эту девушку на чемпионате мира, который она выиграла. Алия разительно отличалась от наших гимнасток и гимнастов, привычных глазу. В ее глазах читалась тогда стальная уверенность-решимость. И чем острее-накаленнее был соревновательный момент, тем больше, как мне тогда представлялось, в Алие было стали.

 

Мустафина перенесла травму, повзрослела. Наверное, больше стало сбивающих факторов. В Лондоне она сохраняла в себе суперменский набор качеств на брусьях – но теряла его, ступая на бревно. И сама раскрыла причину: на соскоке с брусьев ее страхует тренер, и это прогоняет страх. Вот американке Дуглас такая поддержка не нужна – а Алию она укрепляет. Как я понимаю, на узенькой бревенчатой тропе пугающих моментов риска значительно больше – и никто не позволит тренеру всякий раз страховать…

 

Чемпион проявляется в деталях. Мне надолго запомнится крупный план, взятый режиссером во время выступления на этом самом бревне валидольном Габи Дуглас, будущей абсолютной чемпионки. Ее тоже чуть качнуло в сторону, как раскачивало наших, – но она сию секунду прихватила снаряд сбоку согнутым большим пальцем ноги и моментально выправила линию без потери темпа и качества. А Вика Комова на розыгрыше абсолюта, сделав опорный прыжок, вроде и приземлилась хорошо, но зафиксировать себя в финальной точке – увы и ах. Взяла да и сошла с дорожки вниз.

 

Пишу этот текст перед финалом на бревне. И вопрос стоит ребром – а ответ, по-моему, предопределит всю дальнейшую карьеру Комовой, гимнастки замечательно пластично-воздушной. Сумеет ли наконец унять внутреннюю дрожь? Отыщет в себе супермена? Или опять вызовет к себе сочувствие, жалость? И останется в нашей памяти до следующего большого соревнования "ивушкой плакучей"?

 

Плевать на судейство. Плевать на соперников. Найди в себе чемпиона – и мы дружно скажем: вот! И восхитимся, и запомним надолго – как запомнили афинского Немова, засуженного на перекладине. Но в Лондоне у наших тяжело отыскивается чемпион в себе. И каждый второй из имевших шансы на победу, если не двое из каждых троих, потом толкует о безуспешной борьбе с собой. По всему напрашивается срочное создание института спортивной психологии как целой отрасли, детализированной и разветвленной. Но при нашей-то нерасторопности да при нашем раздрае когда еще на это необходимое дело растрясемся…

 

А пока суперменов у нас раз-два и обчелся. Вот Юлия Зарипова в стипль-чезе – это я понимаю! Наперегонки с пятью африканками в почти монополизированном Африкой стайерстве! Да еще – в кошки-мышки с ними, пресловуто-неутомимыми. Они догонят – а Юля оторвется снова и снова!

 

Мы, думается, в корне ошибаемся, когда ищем в своих кандидатах в чемпионы что-то человеческое, такое милое и нам с вами близкое. Нужно искать – суперменское. Вспомним: сборная Билялетдинова выиграла в мае хоккей в стиле гениев механики. Абсолютной точностью игровой линии, непоколебимостью и неутомимостью. И почему, раз уж у нас по части психологического обеспечения швах, олимпийцы не обратились в порядке живой очереди к Зинэтуле Хайдяровичу за ноу-хау или хотя бы консультацией?

 

Бывший агент ФИФА Гильермо Франса Рейс, когда-то наводнивший Россию бразильцами, на словах не очень-то и рад возможному переезду Халка в "Зенит". А в том, что за запасного игрока олимпийской сборной Бразилии не стоит платить пятьдесят миллионов евро, он уверен на сто процентов. Авторитетное мнение – в номере газеты "Спорт день за днём" за среду.

 

Честно говоря, в Бразилии сейчас ничего не слышно о том, что Халк из "Порту" может перейти в "Зенит". В газетах пишут мало даже о сборной, которая выступает на Олимпийских играх. Халк — очень хороший футболист, который стал бы реальным усилением для российского клуба. Если его охарактеризовать, то это тот футболист, который может взять мяч и сделать с ним то что нужно. При этом его нельзя назвать индивидуалистом: когда надо, он может взять игру на себя, надо — отдаст точный пас партнеру. Не думайте, что он исключительно тот игрок, который умеет что-то делать при стандартных положениях.

 

Меня смущает только фигурирующая сумма — 50 млн евро. Он столько не стоит. 15–20 миллионов, не больше, остальное перебор. Хотя для "Зенита" это не деньги. Для любого игрока выступление за вашу команду — плюс. Они здесь могут заработать столько, сколько в Португалии за 10 лет. Это главный стимул — получать больше. Другого я не вижу. Кому более выгоден обмен Халка на Бруну Алвеша с доплатой? Исключительно агенту.

 

Думаю, что наличие в команде Мигеля Данни должно помочь Халку акклиматизироваться в Петербурге — как на поле, так и за его пределами. Португалец очень быстр, умеет отдавать хорошие передачи, а значит, сможет найти бразильца где-то в линии нападения.

 

Если же говорить о представителях чемпионата Бразилии, которые могли бы усилить "Зенит", то мне на ум приходят как минимум два имени. Во-первых, это Ралф — опорный полузащитник "Коринтианса", действующего победителя Кубка Либертадорес. Во-вторых, левый нападающий "Сан Пауло" Фернандиньо, очень быстрый игрок, с дриблингом. Если говорить о Гансо, то это хороший игрок, но он играет примерно на той же позиции, что и Данни. А менять их я бы не стал, особенно с учетом того, сколько лет Мигель уже провел в России. А у Гансо есть один большой минус — он постоянно травмируется. Честно говоря, я встречал в Бразилии представителей многих клубов — ЦСКА, "Динамо", "Рубина", а вот зенитовских никогда. Похоже, что у них все делается через одного человека, который здесь бывает очень редко, а приезжает исключительно тогда, когда нужно подписать контракт.