В воскресенье, 28 ноября, умер Владимир Маслаченко. С 1970 года он работал на радио и телевидении, а до этого становился чемпионом СССР по футболу в составе "Спартака" и чемпионом Европы в составе сборной СССР. Вечером 18 ноября Маслаченко был с инсультом доставлен в одну из московских больниц. Через десять дней он скончался. @ Sport. ru со своими читателями скорбит по тяжёлой утрате.

Совсем недавно пытался писать о Владимире Никитовиче Маслаченко строки поддержки и неподдельного оптимизма, искренне вкладывал в написанное доброту, веру, любовь и надежду. Очень хотелось тогда, чтоб какой-то незримой нитью связались наши слова поддержки и передались ему клубком огромной воли, способной преодолеть тяжкий недуг и сломить "костлявую" на пороге. Горько и тяжело осознавать, что не получилось, не срослось, не вышло, не помогло. Признаться, не хочется поддаваться иллюзиям и предрассудкам, но  когда писались те любовно-вдохновенные предложения поддержки, волей-неволей проскакивали слова в прошедшем времени. Несколько раз возвращался к написанному, исправлял, наполнял подобранные синонимы жизнью и свежим воздухом, но эти печальные намёки появлялись вновь и вновь.

Когда написал заключительное предложение, то оно почему-то показалось последним, за которым всё – черта. Буквально через мгновения безо всяких на то причин "завис" компьютер, упорно отказываясь загружать фото к статье с улыбающимся и жизнерадостным Владимиром Никитовичем. К глубочайшему сожалению, знаки судьбы, вопреки всеобщей поддержке и искренним пожеланиям скорейшего выздоровления,  оказались жестоко провидческими.   Злодейка на этот раз оказалось чудовищно несговорчива и поглотила в своё чёрное жерло светлейшего и достойнейшего человека. Такого, каких у нас наперечёт.

"Никитич ценил свою жизнь, свою молодость, свою энергию, энергичность и страстную сладостность бытия, но легко мог поделиться этим со своими слушателями и почитателями футбола"

Десять дней любимый вратарь и комментатор боролся со смертью, всеми силами пытаясь превозмочь последствия тяжёлого инсульта. Состояние его здоровья на протяжении этого времени оставалось стабильно тяжёлым, он не разговаривал, но все верили в лучшее и надеялись на победу всегда молодого и бодрого "Маслака". На этот раз ему предстояло не только отстоять свои ворота на ноль, но и забить парочку в чужие, чтоб наверняка. Эх, не получилось совсем чуть-чуть. Вратарь держал свою "рамку" на замке целый десяток долгих дней, но на последний бросок, рывок и атаку сил уже не хватило. Так бывает, когда человек всецело отдаётся любимому делу и не жалеет для этого сил и здоровья. Маслаченко из тех людей, которые живут именно так. Никитич ценил свою жизнь, свою молодость, свою энергию, энергичность и страстную сладостность бытия, но легко мог поделиться этим со своими слушателями и почитателями футбола. Он питался энергетикой и духом этой игры, при этом щедро и пригоршнями раздавая накопленное годами.

Наверное, кто-то из старшего поколения наших читателей, кому посчастливилось воочию застать времена Яшина и Маслаченко на поле,  меня дополнит, написав несколько слов о Маслаченко-вратаре. Но нам, детям 80-х, он запомнится прежде всего в наушниках и с микрофоном, каким он смотрит на нас с многочисленных фото, галантным и импозантным человеком в годах с накрахмаленным белым воротничком сорочки, умным и желанным собеседником, время с котором летит быстро и незаметно. Маслаченко был человеком, которого ждали. Я – уж точно. Помню, как выпуски культовой в те времена программы "Время" ждал только лишь ради мелодии, сопровождавшей прогноз погоды, завораживающего голоса Игоря Кириллова и искрящегося  Маслаченко в блоке спортивных новостей. Что-то в нём действительно было такого, чего нет у других. Внутренний стержень какой-то, стиль, мода, шарм, шик, блеск и красота.

Что и говорить, Маслаченко умел быть модным. Нет, он не гнался за модерном и последними новостями из мира моды Парижа и Милана, но он удивительным образом чувствовал стиль. Ещё семнадцатилетним пацаном "Маслак"  потратил свою первую зарплату на хороший костюм и туфли - признак настоящего мужчины, стремящегося быть всегда первым и лучшим. Это не показное щегольство, тщеславие или непомерный нарциссизм, а редкое качество уметь подать себя и быть вкусным для окружающих, не правда ли?

Тысячу раз прав Андрей Голованов, оговорившись в своём недавнем репортаже, что Синявский, Озеров, Маслаченко – фигуры одного ряда, калибра, масштаба и значимости. Я бы ещё в этот ряд добавил Котэ Махарадзе, о котором мы тоже обязательно напишем и вспомним. Не секрет, что Владимир Никитович учился у мэтра и патриарха советского спортивного репортажа Николая Николаевича Озерова, когда записывал на плёнку свой комментарий и отдавал на строгий и придирчивый суд непревзойдённого комментатора. А ведь чувствовалась в размеренном разговоре Никитича за кадром какая-то порода, голубая кровь, если хотите. Видимо, наследие Озерова не прошло даром, пустив свои корни на ниве незаурядного собственного таланта Владимира Никитовича.

"Великое благо, когда человек свой век проживает сопереживая и любя, восторгаясь и впадая в печаль, щедро одаривая людей добром, счастьем и надеждой"

Не сомневаюсь, что нынешнее поколение служителей микрофона тоже вынесет много полезного для себя из совместной работы с личностью такой величины. Повторить его невозможно, как не повторил и Маслаченко своего учителя и наставника, но взять лучшее – это сам Бог велел. Нет, я не говорю, что новая волна комментаторского цеха скучна и однообразна, но нет в этих молодых ребятах чего-то душевного, тайного и сокровенного, которым не спешишь делиться сразу, а золотыми крупицами по чуть-чуть разбавляешь каждую новую встречу со зрителем или слушателем. Знаешь, что отдашь всё без остатка, ничего не утаив и не упрятав, но удовольствие растянуть это на долгие годы несравненно слаще и вкуснее для всех. Не хватает в молодых комментаторах  художества, красочной палитры, натуры, позволяющей ассоциировать футбольный репортаж не с "Чёрным квадратом" Малевича, а с картинами Левитана или Айвазовского, когда каждый эпизод футбольного зрелища ложится новым мазком на мольберт с будущим шедевром.

Маслаченко помогает увидеть футбол слева, справа, сверху, сбоку и снизу, но никогда не позволяет безразлично  пялиться в телевизор. Именно в этом и есть богатырская силища "Маслака", когда зритель получает возможность прожить эти два часа футбольного матча в унисон с комментатором. Именно прожить, а не просуществовать.  Великое благо, когда человек свой век проживает сопереживая и любя, восторгаясь и впадая в печаль, щедро одаривая людей добром, счастьем и надеждой. Таким был и останется Владимир Никитович в памяти многих наших современников, кто восторгается Маслаченко-вратарём или Маслаченко-комментатором, умеющим любить себя и ценить своего зрителя.

Удивительное дело, но и в этот раз мне несколько раз пришлось поправлять слова, потому как теперь получался рассказ всё больше во времени настоящем или будущем. Вернулся, перечитал, поправил… А потом подумал и вернулся к тексту вновь, чтобы оставить всё так, как писало эти предложение сердце – в настоящем и будущем времени. Чтобы помнили…

Сергей Гавриленко. @ Sport. ru